Доклад Преосвященного Иннокентия на I Епархиальных Сретенских чтениях — 2014 год

Преосвященнейший Иннокентий,

епископ Нижнетагильский и Серовский

Об основах духовного воспитания

Бог есть дух, и поклоняющиеся

Ему должны поклоняться в духе и истине.

(Ин. 4, 24)

Духовное воспитание неотделимо от жизни духовной, по сути, вся духовная жизнь – это и есть процесс воспитания. В педагогике принято говорить о целях воспитания: «целью христианского воспитания и образования, как и всей христианской жизни в целом, является спасение души. В этом контексте слово «спасение» подразумевает избавление не от физической опасности, а от опасности духовной» [1]. Поэтому нам бы хотелось указать сегодня на ряд практических вещей, без правильного понимания которых невозможно организовать воспитательный процесс спасения христианина в любом возрасте.

В первую очередь, обратим внимание на то, в каких условиях мы сегодня организуем наше спасение? Как мы сегодня воспитываемся в Боге? Мы живем благодушно и, казалось бы, получаем от Бога и Церкви все необходимое. Во все времена Господь устроит нашу жизнь, чтобы мы радовались, и денно и нощно получали пищу и здоровье, и благое время жизни. Что же мы даем Богу? Мы приносим в храм плоды покаяния. Мы, по своему малодушию, постоянно согрешаем, и грех живет в каждом из нас. Во время Великого поста в молитве святого Ефрема Сирина мы просим у Бога дарования видения собственных грехов. Мы живем как в темной комнате, в которой не видно мусора, и Господь открывает дверь, через которую на всю грязь проливается свет. Но как неприятно нам видеть этот душевный непорядок, неприятно до боли, это вызывает дискомфорт, желание всеми правдами и неправдами скрыть этот душевный непорядок. Но на самом деле первый шаг на пути воспитания в духе, в Боге мы совершаем только тогда, когда искренно исповедуем свои грехи. Мы должны просить Бога не скрывать все то, плохое, что есть в нас, мы не должны жалеть себя в этом процессе, но это требует от нас мужества, волевых усилий, и, конечно, помощи Божией,  – так в нас рождается молитва. Молитва об избавлении от греха, уродующего нашу личность, ведь только грех не дает нам возрасти «в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф. 4, 13) – идеал духовного воспитания.  Этот идеал открывается нам в Церкви, в Святых Таинствах. И здесь всем православным педагогам хотелось бы напомнить о том, что исповедь – это самостоятельное Таинство, а не только элемент подготовки к Причастию. «Се, чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание твое». В этих ключевых словах заключен основной смысл исповеди как своего рода гигиены души.

Какова же взаимосвязь между Таинствами Причастия и исповеди? Конечно, дисциплинарно исповедь должна предшествовать Причастию, так как о способности человека причащаться мы судим по качеству его исповеди, по силе покаянного чувства. Ведь мы, когда исповедуемся, хотели бы считать грех преодоленным, то есть больше его не повторять, но так зачастую не получается. Однако, даже впадая в те же самые прегрешения снова, мы каждой исповедью возбуждаем в себе неприязнь к греху, и эта чаша неприязни рано или поздно наполняется от искреннего покаяния, и грех преодолевается. Даже в псалмах говорится о том, что Господь «удалил от нас беззакония наши», то есть они не исчезли, а отдалились, но в любой момент могут подступить снова. И важнейшее Таинство, сохраняющее душу от греха, – это исповедь. Она не нуждается в усилении какими-то директивами и не может быть формальной по определению, поэтому к этому инструменту, безусловно, нужно прибегать вне зависимости от Причастия.

Что касается определения на исповеди того, готов ли человек к Причастию, здесь тоже недопустим какой-то формальный подход. Ведь искренность исповеди зависит зачастую не от количества произнесенных слов. Бывает, что человек, придя на исповедь, даже не сможет ничего сказать, а просто заплачет. У священника должна быть интуиция для определения силы покаянного чувства, и иногда он может своей пастырской интуицией увидеть, что человек готов ко Причастию, что он внутренне содрогается от переживания своих грехов. Конечно, и здесь могут быть какие-то исключения, например, на Пасху. Иногда чувство встречи с Христом в этот праздник так велико, что, действительно, достаточно искреннего и доброго слова. Нам кажется, что этот вопрос, если и нужно обсуждать, то не с тем, чтобы кого-то осудить. Но по общим правилам, безусловно, исповедь должна предшествовать Причастию.

Кроме этого, при организации процесса духовного воспитания всегда важно учитывать конкретные условия, удаляясь при этом всякой формальности. С этой целью рассмотрим процесс катехизации в Нижнетагильской епархии. Дело в том, что в Екатеринбургской епархии существовала система 12-ти огласительных бесед, которая распространялась и на территорию нынешней Нижнетагильской епархии. Однако уже тогда многие священники возражали, что система, которая успешно развивается в центре Екатеринбурга, где на беседы ходят в основном интеллигенция и студенческая молодежь, не подходит для провинциальных городов и тем более деревень. Поэтому в нашей епархии мы приняли за основу минимальное количество бесед: от двух до четырех. При начале своего служения, как я помню, практики оглашения еще не было как таковой, поэтому приходилось объяснять желающим креститься суть православной веры всего за одну беседу. Однако при этом нужно найти такие слова, чтобы они действительно врезались в память. Ведь и за четыре беседы можно так «уморить» человека, что он и креститься передумает. Думается, здесь не существует универсальных сроков. Какой-то яркий проповедник сможет без ущерба вместить все содержание в одну беседу, но мы все же рассчитываем на среднего пастыря, и здесь оптимальным сроком считаем две-четыре беседы. Важно, чтобы человек каким-то образом проявил свое желание стать христианином. Когда же мы узнаем, что где-то крестят просто потому, что за это заплачено, конечно, мы порицаем таких священников.

Хотелось бы также рассмотреть такое средство духовного воспитания как молитва. Многие верующие люди задаются вопросом: насколько возможны и приемлемы для мирянина монашеские практики: откровение помыслов, Иисусова молитва? Монашество – это, конечно, если так можно сказать, «профессиональное» духовное делание. Разумеется, Господь – единственный сердцеведец, и Он может закрыть для Иисусовой молитвы нерадивое монашеское сердце, и открыть сердце духовно устремленного мирянина. Но обычно практика мирянина не достигает таких трудностей и такой тщательности, как практика монашествующего. При этом мы не должны забывать и о том, что нас спасает благодать Божья, то есть то, что не зависит от наших формальных занятий и усилий. Монашество ведь состоит не только из движения к Богу в Иисусовой молитве, но и из труда, из размышления, и, конечно, из богомыслия. Поэтому большое значение имеет чтение, осмысление жизни. Вообще монашество – это дело, которое требует и изучения, и обучения. Настоящее монашество, как правило, строится на индивидуальной практике. Одному нужно сделать тысячу поклонов, другому – всего десять, кому-то полезнее больше трудиться, кому-то – размышлять.

Мирянину же из всего этого полезнее всего, как и всем нам, будет умная молитва. Заметим следующее: мирянин должен выбрать для себя точки соприкосновения с Богом в течение дня. Например, те же утренние молитвы каждый раз читаются по-разному, так же, как молитвы ко Святому Причащению: то одно слово задевает, то другое. Как по камням переходишь водоем, опираясь на разные выступающие из воды кочки. Господь всегда по-разному их открывает, и они по-разному касаются сердца. Да, у этих молитв каждый день одно и то же содержание, но ведь хлеб мы едим каждый день, и он нам не надоедает. Также нам не надоедает молитва «Отче наш». Иисусова молитва тоже обязательно должна присутствовать, притом мирянину не обязательно отмерять ее по четкам. Четки – это скорее как поручень, за который ты держишься, но отсчет по ним – это уже больше черты монашеской практики. Что же до откровения помыслов для мирян, то, скорее всего, это излишне. В обычной исповеди для мирянина уже есть все инструменты для покаяния, и какие-то дополнительные инструменты здесь уже не стоит создавать.

Вообще монашеский путь может быть очень неожиданным для мирянина. Настоящее монашество – это интереснейший творческий труд, и тайны этого труда не сокрыты и для мирянина. Имеется в виду, конечно, не какое-то совершенное богомыслие, а скорее начальные плоды монашеских трудов. Ведь мы, монахи, сознательно уходим от мира, чтобы молиться за весь мир, строим своего рода забор. В западных монастырях насельники даже с родителями разговаривают только через перегородку. Люди добровольно создали для себя такие условия. Давая обеты, монах вступает на определенный путь. Это и есть путь воспитания сердца, очищения его от грехов. В целом  христианство – это определенный путь, по которому человек идет до самой смерти, и радости, доступные на этом пути монахам, Господь не отнял и у всех остальных. И путь этот называется воспитание вечностью…

Божией милостию

смиренный ИННОКЕНТИЙ,

епископ Нижнетагильский и Серовский

 

8 апреля 2014 г.,

град Нижний Тагил, Урал

Литература

1. Петракова Т.И. О духовных основах нравственного воспитания [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://www.verav.ru/biblio/monogr/donv.html

Проповеди архиерея | Апр 8, 2014

Статью прочитали:

41 раз